![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kvpГде-то раз в год народ, служивший в той же части, что и я, комментирует старые записи про армию. Даже не верится, что первую запись про свою службу я сделал аж 10 лет назад! Вот сегодня с утра читал новые комментарии и смеялся в голос, почему-то ужасно поднялось настроение, хотя вроде бы и не с чего совсем.
До описания службы надеюсь дойти в следующие 10 лет, а пока что вспомнилось прохождение медкомиссий, я уж писал про них, да вот попались на глаза стандартные тесты на различение цветов, и вспомнилось, где я их впервые увидел.
Известно, что у мужиков в целом с различением оттенков цвета гораздо хуже, чем у девок, и я не только не исключнение, но и совсем наоборот, из таблицы наверху я вижу только цифру 25.
Так что когда меня в очередной раз дернули в Куйбышевский райвоенкомат на медкомиссию и где-то между требованием показать член и раздвинуть ягодицы предъявили такие вот карточки, я просто обалдел.
Глядя на них, я не видел ничего, кроме цифры 25, о чем и сообщил мудаку в белом халате поверх кителя.
Как он орал! Он не верил, что я не вижу других цифр. Он требовал посмотреть на них еще и дать, наконец, правильный ответ.
Позже, уже в войсках, военные врачи с какой-то маниакальной настойчивостью предлагали мне снова и снова пройти эти идиотские тесты, в том числе и в в/ч 3494.
Надо заметить, что посещение медпункта в армии всегда было приятным развлечением, первое знакомство с батальонным врачом лейтенантом Абдугафаровым началось и кончилось довольно быстро, в ответ на мои попытки донести до него диагноз, установленный мне в столице нашей родины, он сделал всего одну запись в медицинской книжке, он написал слово «синдром», чем очень меня развеселил.
Можно понять, что нашей второй встречи я ждал с понятным нетерпением, ну и, кроме того, в медпункте всегда было тепло, что тоже было важно, так как в это время мы, в основном, занимались строевой подготовкой и чисткой снега.
Температура на улице была -30 -40С.
В этот раз выяснилось, что кроме нашего батальонногопридурка врача, нас будет проверять какой-то залетный психолог из Москвы.
Он вызывал всех новобранцев по очереди в медицинский кабинет и проводил с ними минуты 2-5.
Новобранцы были такие - человек 150 из Узбекистана, и 30 - 35 вывезенных из Москвы студентов и ребят из техникумов и ПТУ.
С узбеками он расправлялся довольно быстро, так как большинство из них, за редким исключением, кажется, не понимали, куда, почему, за что и зачем они попали, многие не говорили по-русски.
Когда дошла моя очередь побеседовать с психологом, он быстро показал мне все те же цветовые карты, а потом - пару карт Роршаха (!! откуда они у него взялись?!) и выяснил, что я знаю что это такое. После этого он узнал, что меня загребли со второго курса Менделавки, и под каким-то предлогом выставил доктора Абдугафарова за дверь.
После этого психолог сказал мне, что он двухгодичник из Москвы, которого тоже загребли (уж не помню, то ли после меда, то ли после универа) и поинтересовался, чем он может мне помочь.
Я попросил немедленного комиссования.
Комиссования парень устроить не мог, но зато сделал замечательную запись в моей медицинской книжке, что-то вроде того, что я психически неустойчив, не могу находиться в коллективе, скорее всего, страдаю неконтролируемыми припадками ярости, и что он, как доктор, рекомендуетдержать меня в клетке не доверять мне ничего опаснее пишущей машинки и по-возможности, изолировать от товарищей, чтобы они не пострадали.
Золото, а не запись!
Вернувшемуся доктору Абдугафарову было строго поставлено на вид и предложено в приказном порядке довести до начальства диагноз и принять меры.
И Абдугафаров, и начальство, конечно, на диагноз положили с прибором, у нас настоящие психи с автоматами каждый второй день заступали на охрану особо важных государственных объектов и не жужжали, но я до сих пор благодарен тому парню за искреннее участие и желание помочь.
А место писаря-машинистки у нас занимал настоящийпидарас (в хорошем смысле этого слова) голубой, вот он и жил отдельно, и имел все то, что мне рекомендовал московский психолог.
До описания службы надеюсь дойти в следующие 10 лет, а пока что вспомнилось прохождение медкомиссий, я уж писал про них, да вот попались на глаза стандартные тесты на различение цветов, и вспомнилось, где я их впервые увидел.
Известно, что у мужиков в целом с различением оттенков цвета гораздо хуже, чем у девок, и я не только не исключнение, но и совсем наоборот, из таблицы наверху я вижу только цифру 25.
Так что когда меня в очередной раз дернули в Куйбышевский райвоенкомат на медкомиссию и где-то между требованием показать член и раздвинуть ягодицы предъявили такие вот карточки, я просто обалдел.
Глядя на них, я не видел ничего, кроме цифры 25, о чем и сообщил мудаку в белом халате поверх кителя.
Как он орал! Он не верил, что я не вижу других цифр. Он требовал посмотреть на них еще и дать, наконец, правильный ответ.
Позже, уже в войсках, военные врачи с какой-то маниакальной настойчивостью предлагали мне снова и снова пройти эти идиотские тесты, в том числе и в в/ч 3494.
Надо заметить, что посещение медпункта в армии всегда было приятным развлечением, первое знакомство с батальонным врачом лейтенантом Абдугафаровым началось и кончилось довольно быстро, в ответ на мои попытки донести до него диагноз, установленный мне в столице нашей родины, он сделал всего одну запись в медицинской книжке, он написал слово «синдром», чем очень меня развеселил.
Можно понять, что нашей второй встречи я ждал с понятным нетерпением, ну и, кроме того, в медпункте всегда было тепло, что тоже было важно, так как в это время мы, в основном, занимались строевой подготовкой и чисткой снега.
Температура на улице была -30 -40С.
В этот раз выяснилось, что кроме нашего батальонного
Он вызывал всех новобранцев по очереди в медицинский кабинет и проводил с ними минуты 2-5.
Новобранцы были такие - человек 150 из Узбекистана, и 30 - 35 вывезенных из Москвы студентов и ребят из техникумов и ПТУ.
С узбеками он расправлялся довольно быстро, так как большинство из них, за редким исключением, кажется, не понимали, куда, почему, за что и зачем они попали, многие не говорили по-русски.
Когда дошла моя очередь побеседовать с психологом, он быстро показал мне все те же цветовые карты, а потом - пару карт Роршаха (!! откуда они у него взялись?!) и выяснил, что я знаю что это такое. После этого он узнал, что меня загребли со второго курса Менделавки, и под каким-то предлогом выставил доктора Абдугафарова за дверь.
После этого психолог сказал мне, что он двухгодичник из Москвы, которого тоже загребли (уж не помню, то ли после меда, то ли после универа) и поинтересовался, чем он может мне помочь.
Я попросил немедленного комиссования.
Комиссования парень устроить не мог, но зато сделал замечательную запись в моей медицинской книжке, что-то вроде того, что я психически неустойчив, не могу находиться в коллективе, скорее всего, страдаю неконтролируемыми припадками ярости, и что он, как доктор, рекомендует
Золото, а не запись!
Вернувшемуся доктору Абдугафарову было строго поставлено на вид и предложено в приказном порядке довести до начальства диагноз и принять меры.
И Абдугафаров, и начальство, конечно, на диагноз положили с прибором, у нас настоящие психи с автоматами каждый второй день заступали на охрану особо важных государственных объектов и не жужжали, но я до сих пор благодарен тому парню за искреннее участие и желание помочь.
А место писаря-машинистки у нас занимал настоящий
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2014-01-16 02:24 pm (UTC)Кубышевский райвоенкомат говоришь... хм... это ж Самара - соседняя со мной область. Да и вообще, у меня в Самаре родственников живёт очень много. Правда дальних ;)
Кстати вижу всё быстро и сразу. Ноль только на первом пальце у девчёнки еле разобрал. Долго не мог понять что за пузатая цифра такая :)
no subject
Date: 2014-01-16 03:01 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-16 03:02 pm (UTC)