![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kvpНеожиданное послание из далекой латиноамериканской страны получили работники Амурского областного госархива. Сеньора Лилия Мендоза-Кондрашов, гражданка Мексики, сделала запрос о судьбе родственников по линии Кондрашовых, живших в начале 20-го века в Благовещенске, и - самое главное - о состоянии недвижимости, принадлежавшей купеческому сословию Кондрашовых - ее предков.
К письму была приложена копия паспортных данных матери Лилии Мендоза-Кондрашов, которая документально подтверждала принадлежность гражданки Мексики к роду купцов Кондрашовых. Купеческий род в 1912 году восстановил сгоревший магазин готового платья, который находился на улице Большой города Благовещенска (сегодня - ул. Ленина). Двухэтажное здание было достроено до трех этажей, изменен его архитектурный облик. Дом был приспособлен под гостиницу, которая получила название по фамилии владельца - "Кондрашовская". В комплекс зданий гостиницы входили кирпичная кухня, пакгауз, конюшня и другое.
Кондрашовы были крупной купеческой молоканской семьей, специализировавшейся главным образом на торговле. Они были владельцами магазинов, домов и пароходов. В рекламе товаров, продаваемых Кондрашовыми, значились "готовое платье, меха, пальто хорьковое, шубы енотовые, дохи пыжиковые". Большая часть владений Кондрашовых, живших в основном на Зейской и Амурской улицах, не сохранились. Однако сохранился дом Кондрашовой, где сейчас находится поликлиника УВД. На сегодняшний день это здание перестроено и утратило первоначальный облик.
В письме Лилия Мендоза-Кондрашов рассказала, что во время революции ее прямые родственники Кондрашовы бежали в Китай, затем переселились в Японию, а уж потом была Мексика, где бывшие амурчане основали свое дело и пустили мексиканскую ветвь в кроне русского древа. Кстати сказать, ныне в гостинице "Амур", некогда принадлежавшей Кондрашовым, квадратный метр аренды помещения стоит 400 рублей и более.
Что касается поиска родственников гражданки Мексики, то в письме были даны имена некоторых из них, но отчества отсутствовали. Это и затруднило поиск потомков купеческой семьи. Однако некоторые данные о Кондрашовых были найдены.
Пока сеньора Мендоза-Кондрашов официально не предъявила права на имущество рода, но, скорее всего, со временем она это сделает. Ведь не случайно она заинтересовалось недвижимостью Кондрашовых.
Ольга КОРОЛЬКОВА.
Виктор РОМАНОВ.
Компетентное мнение
Специалист отдела научной информации, публикации, использования документов областного госархива Ольга Селезнева:
- В фонде государственного архива существует дело о зачислении в мещане Федора Михайловича Кондрашова. В деле говорится о том, что крестьянин Самарской губернии Николаевского уезда Нижнепокровской волости Ф.М. Кондрашов просит поселиться на постоянное место жительства в г. Благовещенске Амурской области. На тот период ему было 25 лет, он был отцом трех детей: Анастасии, Петра и Михаила. Но мы не можем ответственно утверждать, что они являются прямыми родственниками сеньоры Лилии Мендоза, так как в ее запросе не указаны отчества некоторых родствеников и точные даты рождения. В фонде "Благовещенский сиротский суд" было найдено дело об опеке над имуществом благовещенского купца Кондрашова Варфоломея Михайловича. Покойный купец завещал все свое движимое-недвижимое имущество жене Пелагее Ивановне. Опись имущества не была представлена. Неизвестно, является ли он прямым родственником Лилии Мендоза-Кондрашов. Но скорее всего - да. Все Кондрашовы были богаты, входили в сословие купцов и мещан.
Кстати
По результатам проведенного исследования документов работниками госархива в Мексику был подготовлен ответ.
"Сеньоре Лилии Мендоза-Кондрашов. Основную часть лиц, упоминаемых в запросе, документально подтвердить не предоставляется возможным по причине отсутствия полных поисковых данных. Что касается недвижимости Кондрашовых - документально подтвердить наличие собственности Лилии Мендоза-Кондрашов не удалось за отсутствием документов в областном госархиве. С момента выхода декрета РСФСР от 20 августа 1918 года и телеграммы Дальревкома от 2 мая 1923 года "О национализации недвижимого имущества" - здание Кондрашовых было передано в собственность государства и ныне действует как гостиница "Амур".
Кстати
Когда корреспондент "КП" рассказала заведующей гостиницы "Амур" о заморских претендентах на ее здание, заведующая Татьяна Дмитриевна Ткачева ахнула: "Не может быть!" Но в ходе разговора припомнила, что в конце января в "Амуре" проживали несколько дней два господина из Мексики, видимо, поверенные госпожи Кондрашовой. Никаких вопросов не задавали, вели себя скромно.
Мысль о возвращении здания дореволюционным владельцам показалась Татьяне Дмитриевне дикой. Ведь за минувшие годы в него были вложены значительные средства. Около пятидесяти лет назад была сделана четырехэтажная пристройка, в немалые средства обошлись содержание и ремонт.
Гостиница находится в государственной собственности и приносит немалый доход. Собственно для жильцов действует один этаж, 10 номеров, средней стоимостью 700 рублей в сутки. Весь второй этаж и часть первого сданы в аренду. В здании работают ресторан "Узбекистан", кафе "Красная мельница", "Спорткафе", казино. Вообразить, что все это будет обогащать мадам из Мексики, просто немыслимо.
Ольга МУХИНА.
Осюда: Сеньора Мендоза-Кондрашов желает гостиницу "Амур"
Вот это понравилось: " Мысль о возвращении здания дореволюционным владельцам показалась Татьяне Дмитриевне дикой. Ведь за минувшие годы в него были вложены значительные средства. Около пятидесяти лет назад была сделана четырехэтажная пристройка, в немалые средства обошлись содержание и ремонт. "
Действительно, дикость какая - требовать возвращения собственности. Небось, не Эстония или Чехия какая-нибудь!
Кстати сказать, ныне в гостинице «Амур», некогда принадлежавшей Кондрашовым, квадратный метр аренды помещения стоит около тысячи рублей.
А теперь подходим к главному: почему в период объявления «народной» приватизации предприимчивые граждане России часто из числа махровых бандюганов за бесценок, а то и вовсе бесплатно, делали личной собственностью недра страны, заводы, флоты, города. А наши соотечественники, живущие за рубежом, не могут вернуть имущество, нажитое тяжким трудом их предков. И почему до сих пор не отменены декреты бандитского российского правительства 1918 года. Почему действует телеграмма Дальревкома несуществующей вот уже более 80 лет Дальневосточной Военной Республики?
Попробуем ответить сеньоре Лили Мендоза-Кондрашов. Но вряд ли этот ответ утешит ее.
Термин "реституция" вызывает в первую очередь ассоциации процессом возвращения бывшим владельцам имущества, незаконно вывезенного после Второй мировой войны.
Однако данный термин (буквально означающий "возвращение к первоначальному состоянию") употребляется и когда речь заходит о требованиях возврата национализированного государством имущества бывшим частным владельцам.
В последние годы, после того как некоторые представители российской власти заявили о возможной приватизации бывших дворцов, особняков, усадеб и других памятников архитектуры, на содержание которых у государства денег нет, возник вопрос о возможном возврате этой собственности прежним хозяевам (вернее, их наследникам), владевшим ею до 1917 года.
Первыми об этом заговорили представители Русской Православной Церкви. Правда, Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II подчеркивал, что РПЦ претендует не на все земли, здания и прочее имущество, которые были отобраны большевиками, а только на те, которые смогут обрабатывать монастыри, которые необходимы для их жизнедеятельности.
Сложность данного вопроса заключается в том, что зачастую государство и радо бы возвратить РПЦ ее имущество, но у Церкви тоже нет денег на его содержание.
Так, в Ярославской области, где Церкви было передано 280 храмов, но 340 остались в собственности государства - РПЦ просто не смогла их "освоить". Помимо недвижимости, Церковь ставит вопрос и о возврате той собственности, которая находится сейчас в музеях, в первую очередь, икон. Проблема же реституции собственности, принадлежавшей частным лицам до 1917 года, так и остается "замороженной".
В России же до сих пор не принято ни одного закона, регулирующего имущественные отношения, возникшие до 1917 года. Большинство судебных исков прежних собственников проигрывается именно из-за полного отсутствия законодательных оснований для возврата собственности.
Как рассказывал председатель коллегии адвокатов "Князев и партнеры " Андрей Князев на страницах "Новых Известий", тенденция к возвращению и возрождению усадеб никак не подкреплена юридически: "К сожалению или к счастью… Да и вряд ли подобный закон будет принят в ближайшее время. Реституция, то есть возвращение старой собственности, в современной России невозможна. Тем более многие дворяне, пусть они и владели собственностью, но спустя 88 лет доказать свои права на усадьбы не в состоянии. Документы утеряны. В нынешних российских условиях дворяне юридически не имеют никаких льгот при аренде или покупке своего бывшего имущества. При торгах и при оформлении заявки на аренду они выступают наравне с любым другим гражданином Российской Федерации. Другое дело, какое решение примут местные власти. Да и покупателей на развалины усадеб в глухих селах, кроме дворян, наверное, найти трудно. Между тем связываться охранными обязательствами и вкладывать деньги в заведомо неприбыльное мероприятие сейчас способны лишь люди с глубокими нравственными традициями, каковыми и являются представители старой интеллигенции ".
В 2005 году в Санкт-Петербурге в агентстве "Росбалт" прошел круглый стол "Реституция - приглашение к диалогу". В заседании круглого стола приняли участие представители городского комитета по управлению государственным имуществом, депутаты Государственной думы, представители Имперского союза-ордена и приехавшие в Петербург носители древних аристократических фамилий.
Речь шла об особняках, которыми богат Петербург и его пригороды. Например, на Моховой улице стоит один из домов, принадлежавших князьям Оболенским, на набережной Фонтанки и на Преображенской площади - знаменитые особняки, когда-то принадлежавшие князьям Шаховским. Список этот можно продолжать вплоть до Зимнего дворца.
Все участники пресс-конференции, прошедшей в "Росбалте", сошлись во мнении, что хотя предполагаемая приватизация дореволюционных дворцов и особняков во многом меняет ситуацию, полномасштабная реституция в России сейчас невозможна. Однако они сочли необходимым искать пути признания права наследников бывших владельцев участвовать в решении судеб имущества, которое когда-то принадлежало их предкам.
Напомним, что почти все страны Восточной Европы после крушения социалистической системы приняли законы о денационализации и реституции. При этом, здесь данный процесс оказался не столь сложен из-за меньшего срока давности. В Европе возвращалась недвижимость, национализированная в период 1940-50-х годов, тогда как в России этот срок гораздо больший — с 1917 года.
Были, правда, и на Западе случаи решения вопроса о реституции и через 150 лет. Так произошло, например, в Испании, когда наряду с возвратом собственности, национализированной режимом Франко, решением короля была возвращена и та, что была отнята в середине XVIII века. Достаточно спокойно процесс реституции прошел в Венгрии, Болгарии, Чехии и Словакии. В этих странах в основном сохранились кадастровые записи о прежних владельцах, и в настоящий момент им передано 96% их бывшего имущества.
Сложнее обстоит дело с реституцией в Польше. Закон о восстановлении прав собственности был принят сеймом в 2001 году, утвержден сенатом, но до сих пор не подписан президентом. Польское общество сильно разделено на выступающих за восстановление прав прежних собственников и ставящих во главу угла социальную справедливость.
Кстати, немаловажную роль играет здесь национальный фактор: большой частью имущества в довоенной Польше владели граждане Германии, и многие поляки выступают против возвращения им собственности.
Среди бывших республик СССР законы о реституции были приняты в Литве, Латвии и Эстонии. Однако в двух последних странах в связи с этим возникли весьма существенные проблемы. В результате принятия законов о возврате имущества, национализированного в советское время, его бывшим владельцам большая часть жилых домов в Латвии и Эстонии оказалась в руках шведских, датских и финских граждан, многие из которых решили тут же продать ее коммерческим структурам.
Новоявленные владельцы часто не имели средств на содержание обретенных домов и существенно поднимали арендную плату для жильцов. Вопрос стал настолько острым, что правительство Латвии, например, было вынуждено принять специальное постановление, регулирующее максимальную ставку арендной платы в денационализированных домах, а затем постоянное продлевать срок его действия.
Виктор Рыльский «Адвокатская ведомость.Ru», ГТРК «Амур» и ИА «Интегрум»
отсюда
А я, между тем, тоже послал запрос в тот же самый архив. Следите за газетами!
К письму была приложена копия паспортных данных матери Лилии Мендоза-Кондрашов, которая документально подтверждала принадлежность гражданки Мексики к роду купцов Кондрашовых. Купеческий род в 1912 году восстановил сгоревший магазин готового платья, который находился на улице Большой города Благовещенска (сегодня - ул. Ленина). Двухэтажное здание было достроено до трех этажей, изменен его архитектурный облик. Дом был приспособлен под гостиницу, которая получила название по фамилии владельца - "Кондрашовская". В комплекс зданий гостиницы входили кирпичная кухня, пакгауз, конюшня и другое.
Кондрашовы были крупной купеческой молоканской семьей, специализировавшейся главным образом на торговле. Они были владельцами магазинов, домов и пароходов. В рекламе товаров, продаваемых Кондрашовыми, значились "готовое платье, меха, пальто хорьковое, шубы енотовые, дохи пыжиковые". Большая часть владений Кондрашовых, живших в основном на Зейской и Амурской улицах, не сохранились. Однако сохранился дом Кондрашовой, где сейчас находится поликлиника УВД. На сегодняшний день это здание перестроено и утратило первоначальный облик.
В письме Лилия Мендоза-Кондрашов рассказала, что во время революции ее прямые родственники Кондрашовы бежали в Китай, затем переселились в Японию, а уж потом была Мексика, где бывшие амурчане основали свое дело и пустили мексиканскую ветвь в кроне русского древа. Кстати сказать, ныне в гостинице "Амур", некогда принадлежавшей Кондрашовым, квадратный метр аренды помещения стоит 400 рублей и более.
Что касается поиска родственников гражданки Мексики, то в письме были даны имена некоторых из них, но отчества отсутствовали. Это и затруднило поиск потомков купеческой семьи. Однако некоторые данные о Кондрашовых были найдены.
Пока сеньора Мендоза-Кондрашов официально не предъявила права на имущество рода, но, скорее всего, со временем она это сделает. Ведь не случайно она заинтересовалось недвижимостью Кондрашовых.
Ольга КОРОЛЬКОВА.
Виктор РОМАНОВ.
Компетентное мнение
Специалист отдела научной информации, публикации, использования документов областного госархива Ольга Селезнева:
- В фонде государственного архива существует дело о зачислении в мещане Федора Михайловича Кондрашова. В деле говорится о том, что крестьянин Самарской губернии Николаевского уезда Нижнепокровской волости Ф.М. Кондрашов просит поселиться на постоянное место жительства в г. Благовещенске Амурской области. На тот период ему было 25 лет, он был отцом трех детей: Анастасии, Петра и Михаила. Но мы не можем ответственно утверждать, что они являются прямыми родственниками сеньоры Лилии Мендоза, так как в ее запросе не указаны отчества некоторых родствеников и точные даты рождения. В фонде "Благовещенский сиротский суд" было найдено дело об опеке над имуществом благовещенского купца Кондрашова Варфоломея Михайловича. Покойный купец завещал все свое движимое-недвижимое имущество жене Пелагее Ивановне. Опись имущества не была представлена. Неизвестно, является ли он прямым родственником Лилии Мендоза-Кондрашов. Но скорее всего - да. Все Кондрашовы были богаты, входили в сословие купцов и мещан.
Кстати
По результатам проведенного исследования документов работниками госархива в Мексику был подготовлен ответ.
"Сеньоре Лилии Мендоза-Кондрашов. Основную часть лиц, упоминаемых в запросе, документально подтвердить не предоставляется возможным по причине отсутствия полных поисковых данных. Что касается недвижимости Кондрашовых - документально подтвердить наличие собственности Лилии Мендоза-Кондрашов не удалось за отсутствием документов в областном госархиве. С момента выхода декрета РСФСР от 20 августа 1918 года и телеграммы Дальревкома от 2 мая 1923 года "О национализации недвижимого имущества" - здание Кондрашовых было передано в собственность государства и ныне действует как гостиница "Амур".
Кстати
Когда корреспондент "КП" рассказала заведующей гостиницы "Амур" о заморских претендентах на ее здание, заведующая Татьяна Дмитриевна Ткачева ахнула: "Не может быть!" Но в ходе разговора припомнила, что в конце января в "Амуре" проживали несколько дней два господина из Мексики, видимо, поверенные госпожи Кондрашовой. Никаких вопросов не задавали, вели себя скромно.
Мысль о возвращении здания дореволюционным владельцам показалась Татьяне Дмитриевне дикой. Ведь за минувшие годы в него были вложены значительные средства. Около пятидесяти лет назад была сделана четырехэтажная пристройка, в немалые средства обошлись содержание и ремонт.
Гостиница находится в государственной собственности и приносит немалый доход. Собственно для жильцов действует один этаж, 10 номеров, средней стоимостью 700 рублей в сутки. Весь второй этаж и часть первого сданы в аренду. В здании работают ресторан "Узбекистан", кафе "Красная мельница", "Спорткафе", казино. Вообразить, что все это будет обогащать мадам из Мексики, просто немыслимо.
Ольга МУХИНА.
Осюда: Сеньора Мендоза-Кондрашов желает гостиницу "Амур"
Вот это понравилось: " Мысль о возвращении здания дореволюционным владельцам показалась Татьяне Дмитриевне дикой. Ведь за минувшие годы в него были вложены значительные средства. Около пятидесяти лет назад была сделана четырехэтажная пристройка, в немалые средства обошлись содержание и ремонт. "
Действительно, дикость какая - требовать возвращения собственности. Небось, не Эстония или Чехия какая-нибудь!
Кстати сказать, ныне в гостинице «Амур», некогда принадлежавшей Кондрашовым, квадратный метр аренды помещения стоит около тысячи рублей.
А теперь подходим к главному: почему в период объявления «народной» приватизации предприимчивые граждане России часто из числа махровых бандюганов за бесценок, а то и вовсе бесплатно, делали личной собственностью недра страны, заводы, флоты, города. А наши соотечественники, живущие за рубежом, не могут вернуть имущество, нажитое тяжким трудом их предков. И почему до сих пор не отменены декреты бандитского российского правительства 1918 года. Почему действует телеграмма Дальревкома несуществующей вот уже более 80 лет Дальневосточной Военной Республики?
Попробуем ответить сеньоре Лили Мендоза-Кондрашов. Но вряд ли этот ответ утешит ее.
Термин "реституция" вызывает в первую очередь ассоциации процессом возвращения бывшим владельцам имущества, незаконно вывезенного после Второй мировой войны.
Однако данный термин (буквально означающий "возвращение к первоначальному состоянию") употребляется и когда речь заходит о требованиях возврата национализированного государством имущества бывшим частным владельцам.
В последние годы, после того как некоторые представители российской власти заявили о возможной приватизации бывших дворцов, особняков, усадеб и других памятников архитектуры, на содержание которых у государства денег нет, возник вопрос о возможном возврате этой собственности прежним хозяевам (вернее, их наследникам), владевшим ею до 1917 года.
Первыми об этом заговорили представители Русской Православной Церкви. Правда, Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II подчеркивал, что РПЦ претендует не на все земли, здания и прочее имущество, которые были отобраны большевиками, а только на те, которые смогут обрабатывать монастыри, которые необходимы для их жизнедеятельности.
Сложность данного вопроса заключается в том, что зачастую государство и радо бы возвратить РПЦ ее имущество, но у Церкви тоже нет денег на его содержание.
Так, в Ярославской области, где Церкви было передано 280 храмов, но 340 остались в собственности государства - РПЦ просто не смогла их "освоить". Помимо недвижимости, Церковь ставит вопрос и о возврате той собственности, которая находится сейчас в музеях, в первую очередь, икон. Проблема же реституции собственности, принадлежавшей частным лицам до 1917 года, так и остается "замороженной".
В России же до сих пор не принято ни одного закона, регулирующего имущественные отношения, возникшие до 1917 года. Большинство судебных исков прежних собственников проигрывается именно из-за полного отсутствия законодательных оснований для возврата собственности.
Как рассказывал председатель коллегии адвокатов "Князев и партнеры " Андрей Князев на страницах "Новых Известий", тенденция к возвращению и возрождению усадеб никак не подкреплена юридически: "К сожалению или к счастью… Да и вряд ли подобный закон будет принят в ближайшее время. Реституция, то есть возвращение старой собственности, в современной России невозможна. Тем более многие дворяне, пусть они и владели собственностью, но спустя 88 лет доказать свои права на усадьбы не в состоянии. Документы утеряны. В нынешних российских условиях дворяне юридически не имеют никаких льгот при аренде или покупке своего бывшего имущества. При торгах и при оформлении заявки на аренду они выступают наравне с любым другим гражданином Российской Федерации. Другое дело, какое решение примут местные власти. Да и покупателей на развалины усадеб в глухих селах, кроме дворян, наверное, найти трудно. Между тем связываться охранными обязательствами и вкладывать деньги в заведомо неприбыльное мероприятие сейчас способны лишь люди с глубокими нравственными традициями, каковыми и являются представители старой интеллигенции ".
В 2005 году в Санкт-Петербурге в агентстве "Росбалт" прошел круглый стол "Реституция - приглашение к диалогу". В заседании круглого стола приняли участие представители городского комитета по управлению государственным имуществом, депутаты Государственной думы, представители Имперского союза-ордена и приехавшие в Петербург носители древних аристократических фамилий.
Речь шла об особняках, которыми богат Петербург и его пригороды. Например, на Моховой улице стоит один из домов, принадлежавших князьям Оболенским, на набережной Фонтанки и на Преображенской площади - знаменитые особняки, когда-то принадлежавшие князьям Шаховским. Список этот можно продолжать вплоть до Зимнего дворца.
Все участники пресс-конференции, прошедшей в "Росбалте", сошлись во мнении, что хотя предполагаемая приватизация дореволюционных дворцов и особняков во многом меняет ситуацию, полномасштабная реституция в России сейчас невозможна. Однако они сочли необходимым искать пути признания права наследников бывших владельцев участвовать в решении судеб имущества, которое когда-то принадлежало их предкам.
Напомним, что почти все страны Восточной Европы после крушения социалистической системы приняли законы о денационализации и реституции. При этом, здесь данный процесс оказался не столь сложен из-за меньшего срока давности. В Европе возвращалась недвижимость, национализированная в период 1940-50-х годов, тогда как в России этот срок гораздо больший — с 1917 года.
Были, правда, и на Западе случаи решения вопроса о реституции и через 150 лет. Так произошло, например, в Испании, когда наряду с возвратом собственности, национализированной режимом Франко, решением короля была возвращена и та, что была отнята в середине XVIII века. Достаточно спокойно процесс реституции прошел в Венгрии, Болгарии, Чехии и Словакии. В этих странах в основном сохранились кадастровые записи о прежних владельцах, и в настоящий момент им передано 96% их бывшего имущества.
Сложнее обстоит дело с реституцией в Польше. Закон о восстановлении прав собственности был принят сеймом в 2001 году, утвержден сенатом, но до сих пор не подписан президентом. Польское общество сильно разделено на выступающих за восстановление прав прежних собственников и ставящих во главу угла социальную справедливость.
Кстати, немаловажную роль играет здесь национальный фактор: большой частью имущества в довоенной Польше владели граждане Германии, и многие поляки выступают против возвращения им собственности.
Среди бывших республик СССР законы о реституции были приняты в Литве, Латвии и Эстонии. Однако в двух последних странах в связи с этим возникли весьма существенные проблемы. В результате принятия законов о возврате имущества, национализированного в советское время, его бывшим владельцам большая часть жилых домов в Латвии и Эстонии оказалась в руках шведских, датских и финских граждан, многие из которых решили тут же продать ее коммерческим структурам.
Новоявленные владельцы часто не имели средств на содержание обретенных домов и существенно поднимали арендную плату для жильцов. Вопрос стал настолько острым, что правительство Латвии, например, было вынуждено принять специальное постановление, регулирующее максимальную ставку арендной платы в денационализированных домах, а затем постоянное продлевать срок его действия.
Виктор Рыльский «Адвокатская ведомость.Ru», ГТРК «Амур» и ИА «Интегрум»
отсюда
А я, между тем, тоже послал запрос в тот же самый архив. Следите за газетами!
